Зачем руководителю образование подчиненных.
Top Manager
14.01.2003 | Анна Вознесенская директор образовательной компании IQ Consultancy
Лучше всего на такие вопросы отвечает статистика. Достаточно посмотреть на то, какое образование имеют большинство управленцев в России, и как они относятся к получению образования их подчиненными.
Несмотря на юный возраст российского бизнеса, в нем уже можно выделить несколько поколений руководителей.
Первое, старейшее, - это люди, проходившие обучение в вузах и партийных школах СССР. Многие из них прошли путь от начальника участка до директора завода. Им больше пятидесяти лет, и они занимают ведущие посты в промышленности и в правительстве. Они сумели пережить резкую смену методов работы и идеологии. Их предприятия превратились из заводов в современные динамично развивающиеся корпорации. К знаниям, не имеющим зримого практического применения, относятся скептически. Западное управленческое, маркетинговое образование не вызывает у них доверия. Они не верят в возможность приложения западных методов управления к российским условиям. Эти руководители (большинство из них - технократы) предпочитают отправлять своих менеджеров в западные бизнес-школы и университеты либо на специализированные профессиональные программы, либо на краткосрочные тренинги по изучению новейших технологий и оборудования.
Второе поколение - это сорокалетние. Сейчас они составляют костяк российского бизнеса, а в смутные годы "перестройки" им было двадцать пять - тридцать лет. Кто-то из них на тот момент успел закончить аспирантуру, а кто-то был выгнан из института с "волчьим билетом" за фарцовку, кто-то забросил "красный" диплом инженера или атомщика и ушел в торговлю, чтобы заработать состояние в чужой ему области. Были среди них и те, кто имел не котировавшееся в то время образование финансиста или юриста, и эти люди в новых условиях совершили стремительный взлет. Но все же большая часть этого поколения не имеют образования в области бизнеса и не всегда бывают убеждены в его необходимости. Однако сейчас они все чаще говорят, что их переводчики слишком много знают, и изъявляют желание изучать иностранные языки, чтобы вести переговоры самостоятельно. Управленцы этого типа слишком тесно связаны с предприятием, чтобы оставить его на год-полтора и уехать учиться за рубеж, но желание подняться на качественно новый уровень управления, понять, какой смысл иностранные партнеры вкладывают в слова "бизнес-план" и "связи с общественностью", перевешивает, и они получают степень MBA в России. Именно эти люди отправляют своих наследников в зарубежные частные школы (а лет через 5-6 и в университеты), считая, что их собственный опыт и знание российской действительности в сочетании с западным образованием детей дадут наилучшие результаты.
У представителей следующего поколения непременно есть высшее образование по специальности. Многие из них уже имеют ученые степени в бизнесе или сейчас сидят за партами бизнес-школ. Для них образование - не путь к оптимизации управления на собственном предприятии, а ступенька в карьерной лестнице. Получая престижный диплом, они рассчитывают на повышение, зачастую намерены сменить компанию, в которой работают. Эти люди верят, наперекор всей стране, что можно и должно работать без взяток и личных связей в правительстве, и ведут свой бизнес по западным методам управления.
Есть еще одна формация - недавние студенты, которые пока не являются руководителями. Им чуть больше двадцати, они ориентированы на западные стандарты жизни и ведения бизнеса, и в бизнес-школы они идут сразу же после университетов. В большинстве своем это дети первой категории управленцев.
Когда мы говорим об образовании российских топ-менеджеров и последипломном обучении их подчиненных, чаще всего мы сталкиваемся с четырьмя видами образовательных программ: стажировки и краткосрочные тренинги, изучение иностранного языка, профессиональные программы с присуждением степени и общая программа бизнес-образования (MBA).
Стажировки обычно предназначаются для сотрудников, занятых в технологическом процессе. Это инженеры и технологи - те, кому нужно знать, как работает то или иное оборудование, кому нужно увидеть производство.
Стажировке предшествует обучение сотрудников иностранным языкам "без отрыва от производства" в России. Причем сейчас это явление становится все более массовым. Предприятию уже невыгодно держать в штате переводчиков, которые часто не знают профессиональных терминов и с трудом понимают смысл инструкций и описаний производственных процессов. Немалую роль в мотивации руководителей к обучению персонала играют и вопросы информационной безопасности. Компании стремятся исключить вероятность "утечки информации" и обучают сотрудников для того, чтобы те могли напрямую общаться с иностранными коллегами и читать документацию.
За границу учить языки отправляются только менеджеры высшего звена, если предприятие имеет в отношении данного специалиста далеко идущие планы: получение степени или обучение в бизнес-школе. По окончании такой программы студент обычно сдает тот экзамен - TOEFL, IELTS или GMAT, - который требует учебное заведение, где менеджер собирается получать последипломное образование.
Чаще всего это бизнес-школа, закончив которую специалист получает степень MBA (магистр делового администрирования). Этот вид обучения создавался в США и Европе для молодых предпринимателей и менеджеров предприятий, которые в двадцать пять - тридцать лет вдруг обнаруживали, что для успешного руководства недостаточно только академических знаний и профессионального опыта, но требуются еще и какие-то специфические управленческие навыки.
Как правило, программы бизнес-школ формируются из восьми - двенадцати базовых курсов по бухучету, финансам, менеджменту, маркетингу и т.п. Их дополняют предметы по выбору. Значительная часть курсов рассчитана на развитие практических навыков - поведение на переговорах, ведение презентаций и т.п. Бизнес-школы активно используют case-study - разбор ситуаций из практики. В отдельных школах студенты создают собственный проект и пишут для него бизнес-план.
Абитуриент, прошедший строгий отбор, должен заплатить за обучение 25-60 тысяч долларов в год, если он желает учиться за рубежом, и 4-8 тысяч долларов в год, если его устраивают российские бизнес-школы.
Это плата за карьерные перспективы. По данным Financial Times, после окончания западных бизнес-школ зарплата их выпускников возрастает в полтора - три раза по сравнению с той, которую они получали до поступления. Те, кто окончил американскую бизнес-школу, получают не менее 60-90 тысяч долларов в год в секторе производства и 70-150 тысяч долларов в год в консалтинге. Выпускники европейских школ получают на 10-15 процентов меньше. Нашим соотечественникам обычно предлагают 25-35 тысяч долларов в год.
Сейчас MBA можно получить более чем в 1500 учебных заведениях по всему миру. Но только имена первых 500 из них имеют определенный вес в деловых кругах. Международное признание имеет еще меньшее количество школ - около 75. Увидеть их можно в рейтингах, которые регулярно публикуют газета Financial Times и журналы Business Week, US News&World Report и The MBA Career Business Guide. Дипломы остальных признаются локально - в своей стране. (Все российские бизнес-школы таковы.) Среди программ MBA есть и такие, которые американцы презрительно именуют "junk MBA" ("мусорная MBA"). Получение такого диплома ничего не даст - скорее уронит вас в глазах будущих коллег и работодателей.
Кроме того, большая часть бизнес-школ имеет свою гласную или негласную специализацию: например, диплом Kellog's - школа Филиппа Котлера - имеет наибольший вес в глазах маркетологов, французская INSEAD традиционно готовит к управлению собственным бизнесом. В последнее время бизнес-школы разрабатывают специализированные программы. К MBA в маркетинге, финансах недавно прибавилась программа для нефтяного бизнеса. Самое последнее изобретение американских бизнес-школ - MBA в спортивном администрировании.
Существуют также программы для тех, кто уже занимает позиции топ-менеджеров (executive MBA). Они организованы так, чтобы руководители могли продолжать работать во время обучения: короткие очные сессии перемежаются с продолжительными периодами заочной учебы. От претендентов требуют не менее семи лет работы на руководящих постах, а средний возраст зачисляемых выше, чем у студентов обычных программ (35-40 лет). Обучение по такой программе стоит в полтора-два раза дороже обычного. Часто за него платит предприятие. Плюсом программ executive MBA является то, что во время обучения студент продолжает работать. Минусом EMBA некоторые считают то, что она не предусматривает трудоустройства студентов. Предполагается, что поступившие уже занимают достаточно высокие должности.
Специализированные программы с получением степени - это не визитная карточка для вхождения в большой бизнес. Такие программы ориентированы на получение глубоких знаний в конкретной области. По ее окончании слушателю могут присвоить одну из ученых степеней: Master of Science (MSc) in Finance или Master of Arts (MA in Marketing). Магистерская программа дает возможность стать ценным специалистом узкого профиля. Тем самым студенты этих программ выгодно отличаются от выпускников бизнес-школ, которые имеют репутацию людей, знающих понемногу обо всем.
Каковы же шансы, получив столь солидный багаж знаний, применить их в России?
По оценкам рекрутеров, сейчас в России около трех - пяти тысяч человек с дипломами западных бизнес-школ. Более точную цифру назвать невозможно, так как выпускники зарубежных бизнес-школ нигде не регистрируются. Более того, агентство MBA-Consult утверждает, что только 30 процентов выпускников возвращаются в Россию, остальные предпочитают строить карьеру на Западе. И количество россиян, проходящих обучение в бизнес-школах Европы и Америки, постоянно увеличивается. Так, по данным Американского образовательного совета в Петербурге, три четверти запросов, поступающих в эту организацию, касается последипломного образования. Только во Франции число россиян, обучающихся в высших учебных заведениях и бизнес-школах, увеличилось за 2001 год на 21 процент.
Выпускников российских бизнес-школ у нас на порядок больше. Российская ассоциация бизнес-школ утверждает, что в конце 2001 года их насчитывалось уже около пятидесяти тысяч человек. Диплом MBA постепенно перестает быть редкостью.
Владельцы и директора компаний все менее склонны окружать себя однокашниками и друзьями детства. Десять лет назад большинство компаний переживало кризис доверия, когда сотрудники набирались из друзей и знакомых, так как владелец предприятия желал иметь гарантию того, что работники в решающий момент не предадут. Российский принцип отбора людей "А ты бы пошел с ним в разведку?" уходит в прошлое. По мере приближения методов ведения бизнеса к цивилизованным профессиональные качества начинают играть все большую роль. Ценится уже не столько личная преданность владельцу, сколько набор профессиональных знаний и навыков. Спрос на специалистов с ученой степенью в бизнесе растет.
Специалисты MBA-Consult говорят о том, что у студентов, возвращающихся в Россию, заработки на 30 процентов ниже, чем в среднем на Западе, однако в России им предложат значительно более высокие позиции, чем те, на которые они могли бы рассчитывать на Западе.
Впрочем, здесь часто бывает скрыт подвох: заняв высокую должность, молодой специалист автоматически получает "в наследство" застарелые проблемы, конфликты и недоработки компании. Поэтому в случае провала - в котором, собственно, будет повинен не он, а его предшественники - он сыграет роль "козла отпущения", на которого свалят всю ответственность.
Многие выпускники российских бизнес-школ устраиваются на работу, используя связи, сложившиеся во время учебы. И потому, что однокурсники успевают оценить деловые качества друг друга. И потому, что им проще общаться: они говорят на одном деловом языке и вкладывают в профессиональные термины один смысл.
Пока в России нет официальных объединений выпускников, которые являются одной из самых привлекательных черт западных бизнес-школ и помогают поддерживать сложившиеся во время учебы деловые связи. У нас они только-только зарождаются. В Петербурге, например, работает British Alumni Club - организация, объединяющая выпускников программ Британского совета. Сейчас в нее входят только сто пятьдесят человек, но их число постоянно растет.
Василий Сопромадзе, президент "Корпорации С":
На мой взгляд, сегодня все руководители делятся на две группы. Первая - это те люди, которые пришли в бизнес в конце восьмидесятых - начале девяностых. Все они получили образование еще в советской системе, отрицавшей само понятие частной инициативы и предпринимательства. Поэтому в бизнесе им всему пришлось учиться на своих ошибках. Это бесценный опыт, который мне лично помогает до сих пор. Вторая группа - это те, кто пришел в бизнес позже, окончив специализированные институты и университеты, хорошо владея бизнес-теорией, зная западный менеджмент и иностранные языки. У них отличная теоретическая подготовка, и мне интересно работать с этим поколением бизнесменов. Но в бизнесе очень большую, а иногда и определяющую роль играет талант. Ему невозможно научиться. Талант либо есть, либо нет. Так что образование, конечно, необходимо, но наличие самого престижного диплома еще не гарантирует успеха. А своих детей я отправил учиться за границу. Я хочу, чтобы им был открыт весь мир. И я хочу, чтобы они сами выбирали, где им жить и где им работать.